Заранее предупреждаю, для того чтобы понять, что здесь происходит нужно прочитать книги о мире Варкрафт, или как минимум быть знакомым с играми из этой серии. Для тех, кто именно знаком только с играми я поясню некоторые вещи заранее: 

Историю расскажу в кратце и с юмором, т.к сама поэма печальна (Те кто знает о чем речь можно не читать)… поехали

Поэма рассказывает историю жизни охотника на демонов Иллидана Штормрейджа (Illidan Stormrage)
В истории опущены события Первой Войны с Саргерасом и Пылающим Легионом, Иллидан был заключен своим старшим братом Архидруидом Малфурионом Стормрейджем за участие в бунте Азшары (Азшара возглавляла культ поклонения магии Колодца Вечности) и за соглашение с демонами: Иллидан получил силы от Саргераса и должен был взамен отдать свои глаза и помочь ему пройти через портал, первое условие он выполнил, а вот второе как раз наоборот, он использовал полученные силы против демонов: запечатал портал и убил посланного Саргерасом Аззинота - древнего демона который командовал силами Пылающего легиона. Короче кинул он их по полной и кинет еще 2 раза потом)) Он отобрал оружие демона Warglaive of Azzinoth (Боевые глейфы Аззинота) ( знаменитые вовоские Иллиданки J) и затем пока как раз перед уничтожением его братом Малфурионом Колодца Вечности он наполнил 7 бутылей магической водой и вылил 3 из них в озеро тем самым родилось Древо Мира Нордрассил (Nordrassil) в процессе “переливания” его заметили несколько друидов ночных эльфов и попытались остановить силой, Иллидан их покромсал и был таков. Малфурион про все пронюхав сильно рассердился и велел брата-акробата в тюрьму без суда и следствия, а так же без права на адвоката и последний звонок, который Иллидан просил чтобы поболтать с возлюбленной Тиренд - жрицей Луны, которую любил и Фурион, однако Тиренд была склонна к мужчинам по опытнее, поэтому и выбрала старшего брата, хотя чувства к Иллидану без сомнения не исчезли. Это было первое уголовное преступление у ночных эльфов так что кадров не хватало, оперуполномоченной вызвалась молодая Маев Шадоусонг  (Maiev Shadowsong) брат которой и попал Иллидану под горячую руку во время “переливания” Она требовала для обвиняемого электрический стул, однако благодаря Тиренд ограничились пожизненным без права на обжалования приговора и досрочного освобождения. Так как судоустройство было зарождающимся оружие у Иллидана отобрать забыли и как позже выяснилось напрасно, за 10 000 лет отсидки он махаться глейфами научился как надо. Маев основала под своим началом аналог КГБ. ССАНСИ - ППЦ (Стражницы Смотрящие Ассасины На Страже Иллидана - Предателям Придет Цугундер). Ну а дальше начало действий игры собственно. :)

Действующие лица:
Illidan Stormrage (до превращения)
 http://media.wow-europe.com/vault/wallpapers/e32k5/e32k5-1024x.jpg

Illidan Stormrage (после перевоплощения)
http://www.wallpaperpimper.com/wallpaper/Games/World_Of_Warcraft/Illidan-1-ZIKV3Y3UQJ-1280x960.jpg

Малфурион и Тиренд
http://media.wow-europe.com/vault/wallpapers/nightelves/nightelves-1024x.jpg

Иллидан Вайши и Кель’Тас
 http://media.wow-europe.com/vault/wallpapers/illidan_vashj_kaelthas/illidan_vashj_kaelthas_1024x.jpg

Иллидан и Акама на фоне Карабора (Черный храм) 
http://media.wow-europe.com/vault/wallpapers/blacktemple/en/blacktemple-1024x.jpg

Артес 
http://www.blizzard.com/shared/blizz-com/images/war3x/wallpaper/arthas-1024x768.jpg

Лич Кинг 
http://dota-world.ucoz.ru/_ph/3/2/690448267.jpg
 
Поединок Артеса и Иллидана 
http://dota-world.ucoz.ru/_ph/3/354298167.jpg

Азшара 
http://media.wow-europe.com/vault/wallpapers/night-elf/night-elf-1024x.jpg
 
Маев Шадоусонг 
http://www.garena.com/forum/attachment.php?aid=43592&noupdate=yes

                       Betrayer

Предатель…. А ведь предали меня!                                   
Оставив одного вершить судьбу миров…                           
И что? Народ, что я хотел спасти,
За 10 000 лет не снял с меня оков.

Глупцы! Они не понимали тех угроз,
Что явно стали воплощаться перед ними.
Витая в изумрудах тихих грез.
Они и не задумались о мире.

Я стал слепым, но видел… Вижу до сих пор.
Те разрушения, что принесут Ман’ари:
Смерть, кровь, катаклизмы, голод, мор…
Родные “сумасшедший” мне кричали.

Мой старший брат - друид Малфурион
Собственноручно заточил меня во тьму.
Предатель он, не я! Уйдя в свой сон,
Он всех обрек на гибель и войну. 

Но мои жертвы и старанья не напрасны,
Колодец вечности я все-таки успел создать.
Был пленником у стражей, что ж прекрасно.
Терпенье дало мне возможности сбежать.

Смиренно ждал, пока смотрящая - Маев  
Ослабит бдительность свою на время.
И только искорку беспечности узрев,
Я сразу скинул заточенья бремя.

За 10 000 лет я ощутил вновь свет,
А в воздухе витала мгла угрозы. 
Но глас рассудка быстро дал ответ,
Не стал я времени терять на слезы.

Тогда сил было слишком мало…
Я слишком слаб пред повелителем смертей.
И тут все прошлое мое пропало…
Осталось сердце и сказало: “Бей!”

Я продал свою внешность, но не разум.
Теперь владея черепом Гул-Дана,
Вся моя сила поменялась сразу.
Внутри меня струилась  демоническая мана.

И красота ночного эльфа, постепенно,
Сменилась крыльями дракона и рогами.
Мое предназначенье мне велело 
Вступить на землю, уже, демона ногами.

Я принес в жертву собственное тело,
Хотя моя душа осталась чистой навсегда.
Хотел, чтобы на Родине моей ничто не тлело.
А мои братья бросили и прокляли меня. 

Все свое прошлое навек отринув,
Покинутый Тиренд… Моей любовью.
Я получил в награду ассасинов,   
Но я не дам насытиться им кровью.

Изгнали прочь из собственного дома…
Отправили за мной смотрящих и убийц.
Рассудок братьев поглотила кома,
А я не стану падать перед ними ниц.

Охотником на демонов я был
И с Кил-Джеденом  заключил контракт.
Но о своем предназначенье не забыл.
Я знал, что будет временным, сей пакт

Задание разрушить трон из льда 
Я получил от повелителя Ман’ари. 
Нер-зул мой враг отныне навсегда.
И демоны - хотя они не знали.

Король всей плети нежити - Нер-Зул,
Поднял свой взор на мир живых теперь.
А мой народ, наверное, уснул.
И что они кричат?  “Предатель, зверь!”                                   

Глупцы! Все, как один, кретины!
А главный идиот - мой собственный же брат.
Он строит нерешительные мины,
Когда наш общий враг уже стоит у врат.

Да, я слепой, но мне доступно то,
Что зрячие увидеть - не мечтали.
Я сам разрушу темное плато,
Которое льды Нортренда сковали.

В то время  принц Артес - наследник трона
Склонился пред Личом и тронулся умом.
Упала с головы Теренаса корона…
Отправил сын отца в глубокий, вечный сон.

Нашел я брошенных собратьев на дне моря.
Тех, что питала магией Азшара. 
Перед друидами, когда- то в давнем споре,
Она с жрецами в океана воду пала….

Ночными эльфами они, ведь, тоже были.
А кто теперь? Уродливые Наги!
Их, как меня, покинули… Забыли…
Отныне ветер развевает наши флаги.

С Вайши мы отыскали силу бога,
Око Саргераса в моих руках пылало.
С смотрящею Маев опять свела дорога, 
Ее желание убить меня - достало.

Глядя, в глубокие, зеленые глаза,
Залитые тьмой ужасающего гнева, 
Я объяснил, что должен уничтожить трон из льда.
Она же меня слушать не хотела.

Мечта спасти своих любимых и родных
Разрушилась в тот миг, когда Маев метнула
Свои ножи в меня… И ветер стих…
А рать убийц тихонечко тонула…

В живых осталась лишь одна она.
Я не хотел обрушить ярость на сестер,
Но вся моя судьба уже предрешена.
Я бросил милосердие в костер.

Теперь я жертва, а Маев охотник,
И мое бремя не желало ждать.
Убью десятки, а быть может сотни,
Но целый мир не хочется терять.

Я прибыл, вскоре, на руины Даларана.
Был город магов, а теперь лишь сажа.
Когда-то башня Кирин-Тора пала…
От Архимонда не спасла их стража

Обломки, пепел, выжженные стены. 
Сверкали города пылающие раны.
Но нечто всколыхнуло мои вены.
От магов тут осталось много маны.

Используя всю силу черепа и ока,
Я сотворил землетрясенье колоссальной мощи.
Кристальный трон пронзали искры тока,
В лесах же Ашенваля содрогнулись рощи.

И вот когда конец был уже рядом,
И трон владыки зла стал трескаться по швам.
Вмешался глупый брат и с боевым отрядом
Рванулся в бой, устроил битву там.

“Ты идиот бросаешь всех на гибель,
А я пытаюсь уничтожить зло и тьму!”
Мой крик прервался, и эльфийский сигилль 
Принес конец старанью моему.

Все стихло… Все мои мечты исчезли,
И лезвие, скрипя, пронзило сферу ока.
“Глупцы куда же вы полезли!  
Теперь вы приняли неотвратимость рока!”

Саргераса реликт пал тысячей алмазов.
И тут же ярость разорвала мою душу.
Те, кто был рядом пали наземь сразу,
А капли алой крови окропили сушу.

“Все зря! Все, что я сделал - все напрасно!” 
Я в гневе резал всех, кто преграждал мне путь.
И пробиваясь к брату, убивал ужасно:
Не ранил, не щядил, а разрывал им грудь. 

Мои клинки мелькали словно звезды.
Друиды падали, захлебываясь кровью.
Были б глаза, из них бы лились слезы.
И тут я замер, встретившись с любовью.

Тиренд рыдала, исчезая в тенях.  
Мой разум, мысли - все перемешалось. 
Я так и замер, стоя на коленях,
Лишь сердце билось и никак не унималось.

Она кричала, но вокруг забвенье…
Моя душа горит огнем… Пылает,
Но мое тело, мои руки как поленья. 
Весь мир вокруг, все постепенно тает.

“Что ты творишь? Да что же ты наделал!”
И голос брата пробудил меня из тьмы.
“Да ты хоть понимаешь? Ты нас предал!”
Теперь лишь он и я, теперь лишь только мы.

“Малфурииоон глупец! Где спит твой разум?
Король немертвых начинает свой поход.
Я не просил тебя о помощи ни разу,
А ты и так разрушил все! Ты идиот! 

Как только Артес Менетил достигнет трона,
Нер-Зула, заточенного во льдах, освободит.
На его голову опуститься корона,
И плеть Лич-Кинга землю поглотит.

И только я! Я мог трон уничтожить.
И почти сделал это! Все испортил ты!
Считай, что ты позволил ему ожить,
Теперь завянут Ашенвальские цветы!”

“Что ты несешь? Слепой, да и еще фанатик!
Видать, в темнице ты сошел с ума!
Предательство, мятеж мой младший братик!
Все твои действия - безумная война! 

Несешь бессмыслицу и мучаешь природу!
Землетрясеньем, вызванным тобою,
Ты разрушаешь землю, рощи, горы, воду.
И будешь остановлен прямо здесь ты мною!”

Тиренд кричала и сжимала его руки.
“Малфурион постой! Подумай! Он - твой брат!”
“Для нас его поступки - только муки!
Ведь ты сама все видела, он - виноват!”

“Бегите господин! У нас еще есть время! -
Вайши и ее наги появились вдруг… -
Лишь вы способны принять это бремя
И брат вам скорей враг теперь, чем друг”

Она была права, он ничего не понял…
Бессмысленно сейчас время тянуть.
Я руки свои быстро к небу поднял,
И молний вспышки озарили мне мой путь.

“Беги предатель! Будь ты проклят небесами!
Ты сумасшедший Иллидан! Ты мне не брат!
Я больше не желаю видеть тебя с нами.
Не с эльфами ночными! Путь твой - в Ад!”

Изгнанник, демон, ренегат… Предатель!
Вот как назвал меня мой старший брат…
И я, сильнейший демонов каратель,
Теперь сам должен отправляться в Ад.

Откинув мысли, что терзают душу,
Я тут же устремился вдаль быстрей.
Быстрей! Быстрей! Сжигая сушу!
Бежал-бежал и встретился вновь с ней.

Зеленый плащ, серебряные пряди,
А женственность укрыта за доспехи.
Лишь жажду мести видел в ее взгляде.
Смотрящая Маев… Еще одни помехи.

Еще вчера я перебил бы и ёё
И всех убийц, что были с нею рядом.
Но сила заклинанья выдала своё,
Она все знала и пронзала взглядом.

“Маев не преграждай пути хоть ты,
Я делаю все ради общего же блага!”
“Ну, наконец, сбылись мои мечты!
 А где Вайши, где эта проклятая нага?”
 
Связали, силой посадили в клетку,
Как зверя… И везут в темницу.
Зачем я дал утопленнику ветку?..
Еще б давно прикончил бы девицу.
  
Но мои новые друзья достойны похвалы.
Особенно Вайши, о ее мудрость восхищает.
Теперь наши войска нисколько не малы.
И Кель’тас  с нами, а Маев не знает…

Когда-то он был принцем Квель - Таласа,
И архимагом Кирин - Тора до его конца.
Теперь же Артес истребляет его расу,
Разрушил родной город и убил отца.

После того как пал град магов - Даларан 
И Артесом уничтоженья  Квель-Таласа.
Был брошен он в тюрьму, сдыхать от ран,
Но наги выручили эльфов и Кель’Таса

Все как Вайши были Луны жрецами,
Чья магия внушала страх и трепетанья.  
Но они преданы своими мудрецами,
Друиды утопили их старанья.

Одни из них отправились в пучину,
Прошли тысячелетья, зашипели наги.
Другие выжили и Калимдор отринув, 
Подняли высших эльфов золотые стяги.

На север Лордерона занесло их море,
Изгнанники страну там основали.
Теперь же вновь постигло расу горе:
Их брали в плен, пытали, убивали.

Отныне будет Кель’Тас златовласый,
Вести кровавых эльфов к возвышенью.
И все, когда-то преданные расы,
Объединились и сразятся с тенью.   

“Маев отбрось свой гнев и месть.
Что было, то прошло, тут не попишешь.
Я ради всех вершу судьбу, прошу, не лезь.
Да почему же ты меня не слышишь?”

Но ненависть затмила ее душу навсегда…
Запели стрелы, и мечи в сестер вонзились.
Она будет тюремщицей всегда.
Вокруг с шипеньем молнии носились.

Вайши и Кель’Тас, разгромив смотрящих,
Вновь подарили мне мою свободу.
Маев сражалась, было много павших,
И в красный цвет окрасили мы воду.

“Ты не сбежишь от мести, я везде достану!
Не спрячешься ты даже под землею!”
“Маев тебя учить не стану,
Но перестань охотиться за мною”.

Теперь могучая реликвия разбита,
И сила бога быстрым темпом исчезала.
Я мог быть мертв уже, но моя свита
Еще раз защитила от провала.

Не медля, мы отправились на север.
В холодный Нортренд предстоял нам путь.
Туда где не растет зеленый клевер,
И леденящий воздух обжигает грудь.

Спустя недели нам открылся холод.
Все земли здесь лежали под снегами.
Морозная пустыня, тьма и голод,
Войны Неруба с восемью ногами.

Но Артес уже здесь и идет к трону,
Нер-Зулу трещина высасывает силы.    
Я должен быстро уничтожить зла корону,
Иначе проклятые встанут из могилы.

Две армии сразились в дикой битве.
Судьба миров писалась нашими руками. 
Исход похода был на острой бритве,
Мы бились с уже мертвыми врагами.

Я кинулся к подножью ледяного пика
И встретился с причиной всех страданий.
Земля дрожала от Нер-Зула крика,
Артес  и Я сошлись на поле брани.

Рунический меч проклятых фростморн,
И демонические глейфы Аззинота.
Трубил свободы или смерти горн,
Решалось то, кто ступит за ворота.

Сверкали молнии, кипели льды вокруг,
Удары разрезали воздух вновь и вновь.
Противники дрались, смыкался круг,
И в моих венах полыхала кровь.

Я чувствовал в сознанье голоса,
Как будто меч его со мною говорил.
Воздвигнув руки, разразил я небеса,
Но моих магий силу Артес отразил.

Принц был силен, но все ж неровня мне.
Внутри меня жил демон, он мое проклятье.
И повторяется та битва в каждом сне.
Зачем же применил я то заклятье…

“Ох, Артес эти силы поражают!
И признаю, что в форме сей, я б проиграл. 
Хотя глаза твои Нер-Зула отражают, 
Ты человек! Твой смертный час настал!”

“Ха-ха слепой, я стану богом!
А ты подохнешь здесь и прямо тут.
Тебе осталось жить всего немного,
А после мир накроет плети кнут!”

“Ничтожество я жил 13 000 лет,
Но ты щенок не доживешь до тридцати!
Ну что ж, хоть натворил ты много бед,
Моли пощяды или же умри!

Глупец! Ты верно думал, что Нер-Зул
Один всесильный в этом большом мире.
Услышишь же темных недр гул!
Нет в этих землях равных моей силе”.

Я понял, что скрывалось за его улыбкой…
Проклятый меч! Вот где погибель, а не он.
И это было роковой ошибкой,
Тогда нанес я  сам себе урон.

“Смотри же человек на силы ада.
Дотла твоя душа сейчас сгорит!
Ты для меня минутная преграда,
Не встанет с своего трона неролит”.

Гори во мне предательство Гул-Дана!
Дай мощь погибели! Воспламени же кровь!
Проклятие Стормрейджа Иллидана
Пусть снимет все ограниченья вновь!

И ты владыка демонов Ман’ари
Зажги татуировки на моей груди!
Пускай охватит воздух запах гари!
Умри все слабое во мне! УМРИ!

Клинки! Взывает к вам охотник Азерота!
Бессмертно пламя внутри вашей стали!
Пусть воплотится оно в духи Аззинота,
Нальет их гневом, что бы те восстали!”

С такою мощью я б сразился и с тремя.
Такие слабаки, как он, мне только в радость.
Но дьявол! Пламя уходило из меня.
И вместо адской силы получил я слабость.

Он пал в истерике и смехом разразился.
“И впрямь непобедим, раз меч сияет!
Но вот досада, ты не с тем сразился,
Фростморн с тебя бессмертие снимает!

В руках моих храниться древний холод,
И ярость мертвую с собою он несет.
Клинок испытывает вечный голод,
Душа твоя и сила - все умрет!”

Сознанье медленно, но верно покидало.
Я помню, как он яростно смеялся.
Коснулось острое… Забвенье… Все пропало.
И снег, и лед теперь во мгле терялся.

“Лежи здесь демон, подыхай от раны,
А я вернусь сюда так скоро, как смогу.
Твоя судьба - быть повелителем Сильваны.
Из главного врага я сделаю слугу”.   

 “Мой господин! Ну что же вы! Очнитесь!”
Кель-Тас развей своим огнем пургу!”
“Вайши и эльфы… Вы наверно снитесь.
Я ведь в крови сдыхаю  на снегу”.  

“Проклятье Кель! Ну что ж теперь нам делать?
И что ты черт возьми творишь сейчас?!”
“Вайши сюда его, придется рану резать…”
Я помню лишь обрывки некоторых фраз.

Фростморна сталь порабощяет душу.
Если б не Кель,  я был бы живой труп.
Они пришли, очистив кровью сушу
От плети мертвых и солдат Неруб.

У Кил-Джедена будут сведенья провала.
От его гнева я бежал из Азерота вскоре.
Все мы перенеслись сквозь тьму портала,
И новый дом теперь наш будет в Драеноре.

Я очутился на испепеленных землях,
Где воздух был пропитан вонью гари.
Но мудрому совету принца внемля,
Немедля продвигаться в глубь мы стали.

Кель-Тас поведал, что давно когда-то,
Здесь была родина и орков, и дренеев.
Они были дружны словно два брата,
Но демоны  пришли, раздор посеяв.
  
Они внушили лидеру шаманов,
Что их друзья, готовятся убить. 
И орки состоящие из кланов,
В орду объединились, чтоб крушить.

Убив почти всю дружескую расу,
Напившись крови демонов и одичав,
Не обратились они к интеллекта гласу.
И так лишились земли ароматных трав.

Споганив свой же мир, они пошли в другой.
Медив открыл портал в долины Азерота.
Теперь стоим в безжизненной пустыне той,
От воздуха которой только рвота.

 И вскоре нам открылись цитадели.
Огромное… ужасное строенье. 
Я чувствовал, что в них таятся звери,
Ведь демонов пронзает мое зренье.

Не долго думав начали осаду.
Врагами были орки и Ман’ари.
Но вскоре мы разрушили преграду,
И адские врата на землю пали.

Прорвавшись внутрь, яростно сражались,
Но вытесняли вражью силу вниз к подвалам.
Там где прошли, теперь тела валялись,
И феникс Келя всех сжигал пожаром.

Мы захватили цитадель и взяли пленных,
Но время прохлаждаться не настало.
Мы обратили их в рабов смиренных,
А остальных постигла злая кара.

Стрелою пронеслись по выжженной пустыне.
Круша всех тех, кто не поддался воле.
И вот орды пески горячие отныне,
Окрасились в цвет ярко красной крови.

Вступили, вскоре, мы в долины Зангармарша.
Опасные и дикие болота.
Шагая плотными рядами марша,
Уперлись в поселения ворота.

И там увидели самих дренеев расу,
Но все они уже поддались порче. 
Потом сказал один из них мне фразу:
“Веди нас в бой! Не станем жить мы корчась.”

Акама имя того сумрачного война.
Всех тех, кто с ним был, как и нас, изгнали. 
Он выглядел опасно, но спокойно.
Его с собой в поход потом мы взяли.

Условие союза с ним гласило,
Что мы изгоним демонов из Карабора.
Убьем созданье, что все осквернило
И раскололо расу под влияньем мора.

Сражаться стали вместе с новой силой,
Теснили легионы… и сжигали.
Одной для демонов большой могилой
Просторы мира Драенора стали.

Я запечатал дверь портала Азерота,
Теперь лишились легионы подкрепленья.
Никто не сможет отворить ворота.
Кель’Тас заметил чье-то появленье.

“Акама, что такого ты мне скажешь?”
“Чужие очи лорд за вами смотрят в тени”.
“Тогда найди ту тень, а когда свяжешь,
Заставлю стать ее я на колени”.

Мы, вскоре, подобрались к Карабору.
Его шаманы Черным Храмом величали.
Оставив за собою трупов гору,
Пред демоном ужасным мы предстали.

Магтеридон, огромный, словно крепость.
Он правил Темнолунными краями.
Дарило силы мне проклятье мое - слепость,
И против демонов я закален боями. 

Сжигало темного владыку клинков пламя,
И вскоре пал он наземь прямо предо мною.
Я водрузил на стенах храма знамя
И захватил весь Драенор войною.

“Не убивайте повелитель! Вам готов служить!
Я отдаю, под вашу волю эти дали”.
“Ну что ж Магтеридон, оставлю жить,
А ты подаришь мне своих Ман’ари“.

И древний демон стал моим слугой,
Я получил власть на его исчадий ада.
Теперь в моих владеньях целый рой.
В руках узду держал пылающего стада.

В ту ночь совсем ослабший после боя, 
Стоял на крыше я одной из храма башен.
Я разобрал ее слова средь ветра воя:
“Твой новый дом красив, хотя и очень страшен”.

“Зачем ты делаешь все это, объясни?
В конце концов предел есть у моего терпенья.
Нетрудно просто ярости сказать усни.
Не уж то от тебя и тут мне нет спасенья?”

Маев, ты была рядом 10 000 лет.
Сама избрала, добровольно, путь смотрящей.
Тогда ты можешь дать один ответ,
Тебе вендетта простой жизни слаще?”

“Все верно сказано предатель Иллидан!”
“Ты будешь вечно следовать за мною?”
“Прости, пока ты не оправился от ран,
Пришла пора покончить мне с тобою!”

“Теперь, даю последний шанс уйти.
Поверь, никто из нас не будет гнаться.
Сойди же наконец с своего пути,
Нам нет нужды между собою драться”. 

“Ах, ну уж нет! Я клятву крови дала.
Не спрятаться тебе и в тени ада”.
“Гиас, который ты себе избрала -
Невыполним, так что, прошу, не надо!”

Раздался свист, и нож воткнулся в стену.
C огромнейшим трудом, но уклонился.
“Еще хоть шаг девчонка  вскрою вену!“
И чей то меч слегка ей в шею впился.

“Акама… брось в подвал… в темницу”.
“Мой лорд убить ее не пожелает?”
“Тьма заключенья охладит девицу.
Пусть то, что я, и Маев испытает”.

“Прощяй смотрящая. Здесь путь окончен.
Отныне клетка тебе домом станет.
Акама стереги ее и дни и ночи”
“О Иллидан! Твой час суда настанет!”

Я наградил своих соратников и воинов.
Так… как они только пожелали.
Все храбро бились… страшно, но достойно,
И все друзьями верными мне стали.

Так думал я, но был один предатель
И вскоре свою подлость показал.
Ирония… спасенный и спасатель,
В итоге все-таки потом меня продал.

“Магтеридону отдаю я цитадель.
Ты будешь в расскаленных землях править!
Что пожелает верный друг мой Кель?”
“Хочу себя я Незершторм оставить”.

“Да будет так! Теперь скажи Вайши?
Тебе готов полмира подарить я!
Подумай хорошенько, не спеши,
Прошли мы вместе многие событья”.

“Мой господин вы знаете желанье.
И мне и нагам воды домом стали.
Могу ли попросить я за  старанья,
Чтобы болота Зангармарша вы отдали?”

“Я рад! Они в твоем распоряженье.
Все эти реки и болота, и озера.
Теперь же слушайте мое решенье!
Себе возьму я храмы Карабора”.

“Ступайте братья! Вы теперь свободны!
Я очень рад был биться вместе с вами. 
Отныне поступайте как угодно,
Вершите судьбы своей расы сами!”

Мир продолжался долго, но однажды,
Нашел огромный, древний город в Террокаре.
Тогда подумать нужно было дважды,
Но я скомандовал, и армии напали.

Шаттрат. Когда-то павшая столица всех дренеев,
От орков была вычищена святым светом.
Ошибся разум мой, атаку ту затеяв
Не стал Акамы мудрым верить я советам.

Мы бились яро, но несли потери,
На страже, с силой бога Наару стоял.
И все ж я б победил, но вот портала двери,
Спаситель мой меня же и предал.

Снялась печать с проклятого портала,
И хлынул сквозь нее поток героев. 
Атака с тыла всех врасплох застала,
Всем моим слугам крови большой стояв

Я отступил под стены своего храма.
Могли держаться мы там сотни лет,
Но враг мой был, мой друг Акама,
С которым перенес я столько бед.

Сражались мы на крыше той же башни,
Где был настигнут стражницей врасплох.
Хоть силы вражьи были велики и страшны,
Они все смертные, а я почти что бог.

“Несчастные! Вас сотни сдохли здесь!
А вы все прете! Смерти вам угодно?”
“Ну, наконец! Свершиться сейчас месть!”
“Акама помоги! Маев свободна!”

“Я помню для чего построен этот храм…
Не для поганых тварей и исчадий зла!
Служить я не намерен больше вам!	
Твое правленье Иллидан настигла мгла.

Я помню, для чего построен этот храм…
И время было верно… шел я следом…
Хоть и служил довольно долго вам,
Я знал, предатель вскоре будет предан!”

“Глупец Акама! Первым сдохнешь ты!
Бегите смертные! Конец пришел теперь!
Разрушили вы к жизни все мосты,
И я закрою в ваши склепы дверь!”

“Да Иллидан тебя б нам не убить,
Но Наару вселили в всех нас свет.
Святого война будет сила жить.
Ты уже прожил слишком много лет!”

Сверкнули лезвия, ударили мечи,
Раздались крики, люди на пол пали.
“Так плачь Акама! Падай и кричи!”
Я покажу огонь из Аззинота стали.

Удар сыпались в меня со всех сторон,
И плитку храма трупы смертных застилали.
Я наносил противнику невиданный урон,
Но все же мои силы истекали.

Акамы и мои сошлись в бою клинки,
И время замедлялось в этом поединке .
Сначала я лишил его одной руки,
А после разрубил по серединке.

Спустя мгновение прикончил глейфом война
И после магов молнией испепелил.
Маев сражалась быстро и спокойно,
А я своих лишался адских сил.

Удары наносились мне мгновенно.
Рев грома, лязг мечей, огни и крики.
И вскоре пал я, обессилев совершенно,
В глазах мелькали от ее доспехов блики.

“Ну вот и все моя тюремщица, настало время,
И все-таки смогла ты отомстить.
Сними с меня проклятой жизни бремя.
Пришла пора предателя убить.

Проклятый демон… Так меня назвали,
За то, что свой народ хотел спасти.
Изгнали из дому на выжженные дали.
Я рад, что здесь конец моего пути.

Ответь мне стражница, мы связаны судьбою?”
“Да Иллидан… наверно так и есть”.
“Вся твоя жизнь была борьба со мною,
Что будешь делать? Завершилась месть”.

“Ослушалась друидов и сюда сбежала.
Моя дорога завершится тоже здесь.
Я, как и ты, предательницей стала,
Уже исчезло для меня понятье честь”.

“Прощяй Маев… Теперь все исчезает…
Элуна?.. Звезды… Я уже иду…” 
“Прощяй охотник… Время быстро тает.
Мы вскоре встретимся… Наверное в аду”.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Предатель…. А ведь предали меня…                                  
Оставив одного вершить судьбу миров…                           
Так и не смог свое я бремя унести,
Теперь поглотит мир проклятье мертвых льдов.

“Я все сказал Медив, дай мне уйти спокойно”.
“Ступай сын мой… Ты искупил грехи”.
Отступник Иллидан прошел свой путь достойно…
Однажды жизнь его опишут как стихи”.

-------------------------------dark side of dark moon----------------------------d.s.o.d.m 31.10.2008